ОТРажение профессионализма

Голосовать

С изобретением телевизора появились телевидение, телезритель и телесмотрение. Без зрителя телевидение утратило бы всякий смысл. По этой причине телеканалы постоянно борются за своего зрителя и подсчитывают рейтинги просмотров. Но в этой погоне лишь немногие из них вступают в диалог со зрителем, а тем более протягивают руку помощи, если тот оказался в беде. Общественное Телевидение России (ОТР) создает злободневные передачи про жизнь, про то, что волнует обычных людей, а главное – обращает внимание государственных органов на темы проблем, с которыми ежедневно сталкивается население России. Телеканал ОТР – это уникальная площадка открытого и прямого взаимодействия между властью и ее гражданами.

Юлия
Ермилова
Заместитель директора отдела информационного вещания и одна из создателей программы “ОТРажение” на телеканале ОТР

– Юлия Владимировна, как известно, вы работаете на телеканале ОТР с момента его основания. Какие существенные изменения произошли за четыре года вещания?
– Изначально ОТР создавалось как общественное телевидение о людях и для людей, поэтому главная наша цель – рассказывать о тех событиях и судьбах, о которых, как правило, не услышишь на других телеканалах. Мы на конкретных примерах показываем, как та или иная политическая или экономическая ситуация повлияет на нашу жизнь, рассказываем о частных историях, из которых складывается общая для всей страны проблема. В первую очередь нам интересны деятельные люди, которым небезразлично то, что происходит вокруг них. За четыре года работы телеканала ОТР было столько интересных тем, что можно написать целую энциклопедию. И среди них не будет ни одной “желтой”: кто с кем спит, зачем А развелся с Б, как хороший мальчик стал людоедом. Пошлых тем нет, а зрители нас смотрят. Потому что мы рассказываем о событиях из нашей повседневной жизни.

Сегодня на телеканале ОТР большая доля интерактивности, что, с одной стороны, позволяет быть ближе к зрителю, а с другой – делать его полноценным соавтором. Зрительские звонки и СМС помогают нам создавать контент. Мы стираем рамки между теми, кто делает передачи, и зрителями, которые эти передачи смотрят. Одно дело – ты пассивный потребитель, другое дело – ты соавтор, когда вместе с ведущими обсуждаешь проблему и ищешь из нее выход.

В марте 2015 года впервые вышла программа “ОТРажение”, которая идет в прямом эфире четыре часа. Во время создания первого выпуска у нас присутствовали опасения, что не будет звонков, зритель к такому формату не готов, поэтому попросили коллег обратиться к друзьям, чтобы нам хоть пару раз позвонили. И вдруг минуты с десятой эфира телефон начал звонить не переставая, пошел целый поток сообщений из разных регионов страны. Сегодня ежедневно к нам поступает 5 тыс. СМС и 15 тыс. звонков.

Эпоха телевизионных монологов ушла. Остались только обозреватели с их авторитетным мнением, а удел остальных передач – интерактив. Люди готовы к диалогу и хотят быть услышанными. Вместо привычного наблюдателя зритель стал участником, от которого во многом зависит тема эфира. И люди нам активно звонят, пишут, рассказывают о том, что их волнует. Например, однажды в эфир прислали фотографию, где по дороге, непролазно грязной после весенних паводков, идет мальчик и держит за руку девочку, которая пытается катиться на роликах по этой грязи. Согласитесь, такое трудно представить в XXI веке с его передовыми технологиями и компьютеризацией. Однако это данность, с которой мы живем бок о бок. И задача телевидения – обратить внимание властей и общественности на ту или иную проблему. Тогда скорее найдется решение.

Будущее программы “ОТРажение” видится нам в увеличении интерактива. Мы – телевидение для зрителей, которое делается вместе со зрителями.

– Что готовит “ОТРажение” в новом телесезоне?
– В нашей программе “ОТРажение” продолжит развиваться рубрика “Реальные цифры”. С помощью зрительских звонков и СМС в этой рубрике мы собираем данные, например, об уровне заработной платы или пенсионных выплат населению. После подсчета средних показателей в прямом эфире сравниваем цифры, полученные от зрителей, с государственной статистикой. Идея создать такой проект возникла после того, как в одном из выпусков программы представитель Росстата назвал средние зарплаты по стране. И тут же пошли сотни сообщений: “Где он такие суммы видел? Мы получаем гораздо меньше”. Наш СМС-портал не выдержал и рухнул. Стало понятно, насколько сильно расходятся официальные данные и то, что на самом деле происходит. Причем нам писали люди совершенно разных профессий из разных регионов России, и благодаря их сообщениям мы поняли, что получились совсем другие – реальные – цифры. Возникает вопрос, почему же так отличались показатели Росстата от истинных зарплат населения? Статистика учитывает многое: зарплату с налогами или, например, среднюю зарплату по больнице, где суммируется зарплата главврача и санитарки, и т.д. Поэтому не удивительно, что при таких подсчетах средняя зарплата санитарки получается более чем удобоваримой. Кто будет вычленять отдельно ее несчастные копейки? Или аналогичный пример, когда рассказывают о повышении зарплат учителям, но при этом не учитывают разные категории педагогов. Нам пишут сельские учителя, что они вынуждены преподавать по 6–7 предметов, чтобы набрать искомую зарплату. Показательная история с Почтой России. К нам обратились почтальоны, у них мизерная зарплата, на которую практически невозможно прожить – 2800 рублей в месяц. Пресс-служба Почты России после эфира возмутилась: мол, ваши зрители вам врут. Мы нашли автора СМС и сняли сюжет. Оказалось, что за эти деньги женщины-почтальоны в деревнях проходят десятки километров по полям без охраны с большими суммами пенсий и тяжелыми товарами, которые продает почта. Сюжет вышел в эфир. Как раз в это время стало известно, что руководство Почты России получило многомиллионные премии. Наши сюжеты и сообщения о средних зарплатах почтальонов стали получать перепосты в соцсетях, на них ссылались региональные издания. У Почты России сразу сменился руководитель и пошли проверки по регионам – “а действительно ли это так”. Убеждена, если о таких вещах рассказывать, не замалчивать, то проблемы будут решаться и жизнь в целом станет лучше.

– Что отличает ОТР от других федеральных телеканалов? И для какого зрителя вы создаете программы?
– Телеканал ОТР – это телеканал о смыслах. Наш канал можно еще назвать доверительным, мы ведем диалог со зрителем. А поскольку показываем в эфире то, что интересно смотреть нам самим, зритель понимает – здесь не занимаются примитивизацией и не считают его глупее себя. Мы – счастливое ТВ, потому что “видим” нашего зрителя в звонках и сообщениях, которые мы получаем. Какой же зритель телеканала ОТР? Во-первых, это человек думающий. Во-вторых, это не совсем молодежь, потому что в сетке нашего вещания нет тинейджерского контента, нет развлекательных шоу, но наш канал и не об этом. При подсчетах у нас разделилась аудитория примерно 50 на 50: от 24 лет до 45 и от 45 лет до бесконечности. В-третьих, наша аудитория – это те люди, которые уже начинают формировать вокруг себя активную среду. Поверьте, они обладают невероятным творческим потенциалом и способны в любой ситуации найти нестандартный подход и, более того, они понимают, что от них действительно многое зависит. К примеру, среди наших зрителей были стоматологи, которые напротив своей клиники засыпали яму зубными протезами, чтобы привлечь внимание властей. В итоге их проблему решили – дорогу заасфальтировали. Другой случай, когда люди собрались и в своем городе своими силами бесплатно начали реставрировать фасады старых домов. Безусловно, это несложный ремонт и только на объектах, которые не имеют архитектурную ценность. Постепенно другие города подхватили эту инициативу, и теперь каждое лето десятки волонтеров по всей стране приводят в порядок старые дома. Не случайно говорится: если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе. Именно такой наш зритель – неравнодушный активист со своей нравственной позицией и огромной силой воли.

– У вашего телеканала отсутствует рекламная поддержка, за счет чего удается существовать?
– Исключительно за счет бюджетных средств. Средств выделяют, конечно, мало. Пускай нет каких-то больших возможностей, как на других каналах, но у нас есть смыслы. Наверное, это все-таки главное для ТВ. В Интернете многие блогеры, снимая свои сюжеты на самую примитивную технику, собирают огромную аудиторию, потому что они разговаривают именно об этих смыслах.

Ко всему прочему, сейчас на канале много прямого эфира – сколь интересная, столь и рискованная история, что важно, там нет постпродакшена. По сути, происходящее в студии сразу идет в эфир без специального монтажа. Плюс мы сейчас развиваем зрительский контент. Надеюсь, это будет происходить активнее, так как у зрителей тоже есть потребность делиться тем, что они сделали, услышали, увидели.

– Помимо эфирного вещания почти все телеканалы выкладывают свои программы в Интернет. Скажите, ведете ли вы активность в социальных сетях?
– Да, у нас есть аккаунты на всех соцсетях, где размещаются самые яркие фрагменты из наших передач. Таким образом, мы так или иначе трансформируем контент под формат социальных сетей. Особой популярностью там пользуется Street Talk (уличные опросы. – Прим.ред.), который состоит из ответов прохожих на вопросы. Как правило, ответы эмоциональны и достаточно интересны, что приковывает зрительское внимание и всегда набирает просмотры в Интернете. На телеканале еще есть так называемые голосовалки по любой теме. Во время передачи задается вопрос, к примеру “Считаете ли вы себя бедным?”, и зрители голосуют в прямом эфире, а на экране отображаются проценты голосования. Скриншоты таких “голосовалок” всегда выкладываются в Интернет, и там продолжается активное обсуждение среди наших зрителей, а также перепосты, то есть новость уже живет своей жизнью. Есть мысли о том, чтобы создать отдельный контент для соцсетей, но, опять же, он все-таки должен находить отражение в нашем эфире.

– Лицо телеканала – это журналист. Кого из ваших ведущих, корреспондентов вы бы выделили?
– На телеканале ОТР развита стрингерская сеть, поэтому в качестве корреспондентов работает много ребят из регионов. Это позволяет нам освещать события из разных уголков России. Если на карте нашей страны отметить все регионы, откуда родом наши сотрудники, вся карта будет заполнена. И это очень хорошо. Корреспонденты, редакторы, ведущие, которые выросли не в Москве, знают изнутри ту жизнь, про которую рассказывают, и от этого их материал получается более искренний и эмоциональный. Одно дело, если я прочту кучу книжек и буду рассуждать об этом, а другое дело – говорить от сердца. У них это получается. Что касается ведущих, то в программах и “ОТРажение”, и “Новости” работают настоящие профессионалы. Константин Чуриков, Оксана Галькевич, Ольга Арсланова, Петр Кузнецов, Марина Калинина – это люди, которые могут каждый день по четыре часа в эфире разговаривать на разные темы. Мне как одному из создателей программы “ОТРажение” приятно наблюдать за их превращением в профессионалов прямого эфира.

– Вы работаете со стрингерами, а не было идеи начать взаимодействовать с блогерами для создания еще большей интерактивности и привлечения интернет-аудитории?
– Признаюсь, идея такая была. До сих пор думаем о ее реализации, но на деле есть определенные сложности: популярным блогерам телевидение не интересно, а для того чтобы найти неизвестных талантливых ребят из Интернета, необходимо отсматривать огромное количество видеороликов. У нас просто нет на это времени. Но мы понимаем, что за таким интернет-форматом, как блогинг, будущее. И телевидению, чтобы быть актуальным, нужно постоянно находить точки соприкосновения с новыми средствами медиа.

– Как состоялся ваш выбор профессии?
– Если честно, анекдотично. Меня в профессию привела, только вообразите, селедка. Однажды папа принес с рынка сельдь, завернутую в газету, и когда я стала чистить эту скользкую рыбину, то на клочке незасаленной бумаги увидела объявление, что на одном из телеканалов проходит конкурс на знание истории. Вопросы оказались легкими, и я победила. Когда пришла получать приз на телевидение, мне предложили поработать у них внештатником, и от неожиданности я согласилась. Изначально я хотела быть филологом, а закончила факультет журналистики МГУ – работа корреспондента затянула. Эта профессия позволяет общаться с разными людьми, побывать в тех местах, о которых даже не мечтал, а главное – всегда находиться в центре событий, хорошие они или плохие. Ты видишь жизнь разными глазами, ты за день узнаешь столько всего, о чем читал бы в книгах год, и тебе бывает очень больно не своей, чужой болью, потому что сколько бы ты ни работал, все беды и трагедии все равно пропускаешь через себя. Мы с моим мужем, оператором, как-то приехали домой после тяжелого дня, включили новости и узнали, что какая-то заваруха в театральном центре на Дубровке, вроде бы захватили заложников. Еще толком не было понятно, что случилось, но мы, не раздеваясь, схватили камеру и поехали снимать. В этот момент не было ни толики сомнения или страха, происходит событие – мы обязаны там быть. Муж работал на один канал, я на другой, конкуренты, так сказать, но даже об этом мы не думали, Снимали репортаж, а душа дрожала от ужаса, от сопереживания тем людям, которые внутри. Через несколько дней снимали в больницах пострадавших. Берешь интервью и плачешь, но только чтобы никто не видел, это непрофессионально – нельзя свои эмоции нести зрителю. А не плакать не можешь, потому что вот она, трагедия, и ты в ней.

Но зато и радости тоже проходят через тебя. Например, когда приезжаешь в далекий детдом, а там у воспитанников проволокой подметки подвязаны и девочки-подростки в глаза не видели женские средства гигиены. Снимаешь сюжет и просишь помочь. И вдруг у детдома появляется шеф – завод ближайшего крупного города. В другой день снимаешь онкобольного мальчика в небольшом городе, которому, по прогнозам врачей, можно только помочь уйти без боли. И вдруг его берут в Москву, лечат по экспериментальной методике, и мальчик уже много лет в стойкой ремиссии. Снова плачешь, но уже от радости.

Теперь, работая руководителем отдела информации, с некоторой долей ностальгии вспоминаю свои годы корреспонденции. Но вместе с тем нынешняя должность в любимой сфере позволяет мне, человеку, который начинал с кирпичиков, теперь проектировать целое здание. А без работы “в поле”, без понимания ее сути руководить невозможно.

– Какие пути развития вы видите для телеканала ОТР на ближайший год?
– Нам нужно активнее привлекать зрителей к сотрудничеству, к сотворчеству. Задача не в том, чтобы сделать телевидение каким-то элитарным клубом по интересам, а наоборот, нормальным инструментом жизни, общения, взаимодействия, влияния на чиновников, то есть тем, чем могут пользоваться зрители. Телевидение должно брать на вооружение модели Интернета, основанные по большей части на интерактивности. Так или иначе, мы приходим к тому, что многие СМИ уходят в Интернет, телевидение тоже должно быть в симбиозе с новыми технологиями. По-другому, мне кажется, оно просто не выживет.

 

 

Источник